РУБРИКИ

Генрих Гейне

   РЕКЛАМА

Главная

Зоология

Инвестиции

Информатика

Искусство и культура

Исторические личности

История

Кибернетика

Коммуникации и связь

Косметология

Криптология

Кулинария

Культурология

Логика

Логистика

Банковское дело

Безопасность жизнедеятельности

Бизнес-план

Биология

Бухучет управленчучет

Водоснабжение водоотведение

Военная кафедра

География экономическая география

Геодезия

Геология

Животные

Жилищное право

Законодательство и право

Здоровье

Земельное право

Иностранные языки лингвистика

ПОДПИСКА

Рассылка на E-mail

ПОИСК

Генрих Гейне

Генрих Гейне

МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ УПРАВЛЕНИЯ ПЕРСОНАЛОМ

ИНСТИТУТ МЕНЕДЖМЕНТА И БИЗНЕСА

Цареградского Евгения

РЕФЕРАТ

на тему:

Генрих Гейне

Киев 1999

Генрих Гейне

(1797-1856 гг.)

Генрих Гейне - современник двух эпох. Родившись в 1797 году, он, если

полагаться на его собственные утверждения, видел в своем родном

Дюссельдорфе императора Наполеона во всем блеске его славы; юношей он

учился у Августа Вильгельма Шлегеля, теоретика немецкой романтической

школы, и у Гегеля, в учении которого нашла свое завершение немецкая

классическая философия; он посылал свои стихи уже старому Гете и посетил

его однажды в Веймаре. Десятилетием позже он вращался в Париже в кругу

учеников социалиста-утописта Сен-Симона, спорил с Бальзаком и дружил с Жорж

Санд; по прошествии еще одного десятилетия он познакомился с Карлом

Марксом, Фридрихом Энгельсом, позднее с их соратником поэтом Георгом

Веертом. А его последние произведения, которые он диктовал уже больным в

годы, последовавшие за европейскими революциями 1848-1849 годов, появлялись

почти одновременно с первыми произведениями Бодлера во Франции, Ибсена в

Норвегии, Толстого в России. Чтобы понять причину того воздействия, которое

творчество Гейне оказывало в Германии и во многих других странах со времени

выхода его первого большого сборника стихов и вплоть до сегодняшнего дня,

надо ясно себе представить, что в личности поэта нашли отражение, с одной

стороны, эпоха Великой французской революции и то огромное влияние, которое

она оказала на духовную жизнь, а с другой стороны - эпоха господства

буржуазии, эпоха бурного развития капитализма, и те глубокие социальные

противоречия, которые она с собой принесла. В его творчестве продолжают

жить философские, политические и эстетические идеи революционной эпохи,

эпохи Просвещения, эпохи немецкой классики, стремление преодолеть

устаревшие отношения, мечта о царстве разума и человеческом счастье, мысль

о способности человека к совершенствованию. Но по мере того, как идеальное

царство гармонии превращалось в дисгармоническую реальность буржуазного

мира, эти идеи уже не способствовали ни пониманию, ни освоению

действительности, и у Гейне еще на раннем этапе можно наблюдать отход от

просветительских идеалов и возрастание роли субъективного чувства,

индивидуального самоутверждения во враждебном косном мире, что было

характерно и для немецкого романтизма.

Страстные поиски такого миропорядка, при котором социальная

справедливость сочеталась бы с неограниченными возможностями развития

личности, заставили Гейне обратиться к современным социальным идеям и

привели его к мысли о том, что устранение всякой "эксплуатации человека

человеком" (его собственные слова) должны быть целью социального движения,

которое может стать жизненным делом поэта.

Гейне - поет. Его значение, его мировая слава определяется, прежде

всего, лирикой, и даже не всей лирикой, а лишь любовными стихами,

написанными главным образом до 1830 года. Они собраны в первом большом

сборнике его стихов, в "Книге песен", увидевшей свет в 1827 году, в цикле

"Новая весна", включенном затем в сборник "Новые стихотворения" (1844).

Циклы составляющие "Книгу песен", - "Юношеские страдания" (1817-1821),

"Лирическое интермеццо" (1822), "Опять на родине" (1823-1824) и "Северное

море" (1825-1826), - отражают поэтическое развитие Гейне. Читая эти стихи,

замечешь, что на протяжении более десяти лет любовная тема занимала в них,

бесспорно, первое место. Судя по этим стихам, между восемнадцатым и

двадцать восьмым годом жизни все желания поэта, все его счастье - весь

смысл жизни заключался в том, ответит ли взаимностью боготворимая им

женщина, и поэт с тем большим упорством цеплялся за эту надежду, чем больше

она ускользала от него. Он мечтает в стихах о гармонии идеальной любви - и

рисует, как обманывает каждый раз эта мечта. Мечта эта наталкивается на

непреодолимые препятствия, враждебные силы проникают даже в сновидения

поэта, разлучая его с любимой. Если сравнить эти стихи, например, с

любовными стихами Гете, то различие сразу бросается в глаза. Торжествующему

оптимизму и цельности мировосприятия лирического героя у молодого Гете

противостоит у молодого Гейне меланхолия и отсутствие цельности или,

выражаясь языком того времени, "разорванность" и "мировая скорбь". С самого

начала в лирике Гейне есть ощущение неразрешимых противоречий, которые и

определяют отношение поэта к окружающему миру, а тем самым и его личность.

Именно сильному и яркому выражению этого ощущения лирика Гейне обязана в

значительной степени своей популярностью.

В жизни поэта легко найти основания для такого мировосприятия. После

окончания школы он приезжает в Гамбург к своему дяде Соломону Гейне -

одному из самых богатых гамбургских банкиров. Здесь он обучался торговому

делу, когда же обнаружилось отсутствие у него таланта и склонности к

коммерции, он получил разрешение и финансовую помощь дяди для изучения

юриспруденции (в Геттингене, Бонне, Берлине и снова Геттингене, где он в

1825 г. завершил свое юридическое образование). Еще будучи учеником в

торговом деле, он влюбился в свою кузину Амалию, дочь Соломона Гейне, и

одновременно начал писать стихи. Уже в первых же письмах того периода

драматически выражены противоречия его положения. В семье его дяди

увлечение поэзией было встречено с презрением и расценено как нечто

неподобающее, способно лишь повредить его репутации в "обществе". Амалия,

очевидно, разделяла взгляды своей семьи и не отвечала взаимностью поэту.

Равнодушие любимой, ее холодность лишили поэта веры в людей, в близость

между ними. Идеал красоты и добра, воплощенный в облике возлюбленной,

представляется ему не только недостижимым, но подчас и не безупречным. Он

часто рисует ее неверной и демонической, привлекательной и одновременно

опасной носительницей злых чар.

Одна мысль чаще всего тревожила Гейне даже в счастливые часы наедине с

любимой, как он об этом признается в своих стихах тридцатых годов, - это

мысль о родине. Гейне прожил во Франции четверть века, за это время лишь

дважды побывав в Германии (в 1843 и в 1844 гг.). В своих стихах,

посвященных Германии, Гейне часто возвращается к противоречию между

чувством неразрывной связи с родиной и критическим отношением; близость и

отталкивание тесно переплетаются между собой. Он воспевает Германию так,

как десятилетие назад он воспевал в "книге песен" возлюбленную ("О

Германия, моя недосягаемая возлюбленная!"). Родина занимает теперь место

недоступной красавицы, которая отворачивается от него, не понимая его

глубочайших чувств, и которая на самом деле не так уж достойна поклонения,

как кажется охваченному любовью поэту. Чувство это представляется самому

поэту неразумным и сумасбродным, - и все же непреодолимым. Стихотворение "И

я когда-то знал край родимый...", одно из самых прекрасных у Гейне, -

выдержано целиком в образном ключе "Книги песен", и только формы прошедшего

времени указывают на то, что поэт отошел от настроений тех лет. В

стихотворении "Ночные мысли", написанном в 1843 году, до первой поездки на

родину, это элегическое чувство к прошлому, к Германии достигает своей

вершины.

Сборник "Новые стихотворения", как и "Книга песен", содержит раздел

"Романсы". Начиная с последней трети XVIII века - со времен Бюргера, Гете и

Шиллера - в Германии возникла богатая романсная и балладная поэзия. Но уже

в творчестве романтиков баллада в известной степени утратила свое

демократическое содержание и связь с актуальными вопросами современности.

Гейне восстановил эту утраченную связь. Для ранней баллады "Гренадеры" он

заимствовал сюжет из живой современности, что было в то время чем-то

необычным. Поскольку на всем европейском континенте победа над Наполеоном

означала реставрацию феодализма и затухание революционного пламени, всякий

, кто обнаруживал симпатии к Наполеону, считался притаившимся якобинцем.

Говоря от имени двух солдат разбитой наполеоновской армии, мечтающих о

возвращении императора, Гейне выступал тем самым против существующих

порядков. Баллада почти открыто звучала как политическое стихотворение.

В других балладах Гейне использовал исторические сюжеты, античные

сказания и легенды, переосмысливая их в соответствии со своими идеями о

революции. На протяжении всего своего творчества Гейне интересовался

народной песней, легендой, сказкой и обстоятельно раскрыл свое понимание

народного творчества в прозаических произведениях; в безымянных памятниках

народного творчества поэт видел неофициальную культуру немецкого народа,

существование которой свидетельствовало о том, что народ не полностью

подчинился христианской идеологии. В образах сказок - великанов и гномов,

русалок и эльфов - продолжали жить языческие традиции: фольклорные образы,

по мнению Гейне, вели свое происхождение от античных богов и полубогов,

обреченных на подпольное существование, превращенных в эпоху христианского

средневековья в злых духов и чертей. Борьба между христианским и языческим

мировоззрением, запечатленная в древних сказаниях, имела для Гейне

величайшее актуальное значение. Язычество означало приятие жизни,

стремление к земному счастью, христианство - отрицание жизни, аскетизм,

надежду на лучшее в ином мире. Поскольку же вера в потусторонний, лучший

мир являлась существенным препятствием к тому, чтобы народ осознал свои

возможности, и предъявил свои права на лучшую жизнь, преодоление

христианского аскетизма было важнейшей предпосылкой для социального

освобождения. Так называемая "эмансипация плоти" не имела у Гейне ничего

общего с пассивным эпикуреизмом, наоборот, она была существенным элементом

и его сенсуалистической, близкой к материализму философии. Таким образом,

баллады Гейне, раскрывая его понимание прошлого, вместе с тем всегда

актуальны. Речь идет о праве на земное счастье и тогда, когда поэт

рассказывает о том, как рыцарь Олаф, несломленный, принимает смерть,

насладившись любовью дочери короля ("Рыцарь Олаф"); и тогда, когда поэт

описывает раскаяние мужа, убившего изменницу-жену, покорившуюся силе

песнопения ("Фрау Метта"). Язычество и христианство сталкиваются в поэме

"Тангейзер" - свободном переложении старой немецкой народной баллады. Здесь

Гейне особенно сильно модернизирует исходный сюжет, превращая поэму в

политическую сатиру на современную Германию. Тем самым поэма "Тангейзер"

предваряет политическую лирику Гейне сороковых годов. Правда, политические

стихотворения Гейне писал во все времена творчества. В юные годы он

воспевал в еще беспомощных традиционных стихах освободительную войну 1813

года; в двадцатых годах он высмеивал национализм "брудершафтов", спесь

прусских лейтенантов и филистерскую узость бюргеров.

После Июльской революции политические мотивы начинают звучать все

более отчетливо благодаря сопоставлению Германии и Франции. Но по сравнению

с прозой Гейне - "Путевыми картинками", "Французскими делами",

"Романтической школой", "Историей религии и философии в Германии" и

различных предисловий к его книгам, - где он смело, остроумно, ярко

высмеивал теперешнюю Германию и пропагандировал новый путь развития, в его

лирике прямых политических выпадов до сих пор было меньше. Положение

изменилось с начала 1840 года, и тем самым начался новый этап в творчестве

Гейне.

Толчком послужило начало оппозиционного движения либеральной буржуазии

и демократических слоев мелкой буржуазии в Пруссии. В результате

промышленного подъема (центром промышленного развития стала Рейнская

область) были выдвинуты, приуроченные к смене царствования, требования

свободы печати и конституции для Пруссии; усилились нападки на господство

дворян, церкви и бюрократии. Правительство пыталось справиться с этим

режимом с помощью усиления репрессий. Буржуазные газеты, выражавшие

оппозиционные настроения, запрещались и возникали вновь; издатели и

книготорговцы измышляли все новые и новые уловки, чтобы обойти цензуру;

листовки напоминали о том, что в 1813 году правивший король, который

нуждался в своем народе для победы над Наполеоном, обещал конституцию, но

обещания не сдержал. Наряду с этим движением возникла философская оппозиция

(младогегельянцы, Л. Фейербах, молодые Маркс и Энгельс), большая

политическая литература и политическая лирика. Молодые поэты воспевали

немецкое единство и свободу, обращаясь к прусскому королю и к народу;

многие их стихи звучали так, точно величие Германии уже достигнуто, а

завоевание свободы не представляет особых трудностей.

Гейне не присоединился к этому хору. Некоторое время он относился

довольно скептически как к этому движению, так и к его литературному

выражению. Классической страной революции для него оставалась Франция;

жители Парижа неоднократно доказывали, выходя на улицы и строя баррикады,

что не намерены вечно терпеть угнетение. С 1840 года Гейне снова стал

публиковать в газетах статьи, посвященные общественной жизни Франции (он

издал их позднее отдельной книгой под заглавием "Лютеция"); в этих статьях

он с еще большей настойчивостью, чем прежде, говорил о социальных

противоречиях и грядущих битвах. Он писал о рабочих клубах, в которых

обсуждаются социалистические и коммунистические сочинения; о том громадном

впечатлении, какое произвели на него исполненные грозной силы песни,

которые распевались в мастерских. Все это, происходившее вне официальной

общественной жизни, казалось ему более важным для будущего, нежели

рассчитанные на внешний эффект парламентские дебаты или правительственные

распоряжения, о которых писала пресса и говорили в салонах. Именно это и

составило для него современную политическую и общественную жизнь. Что

касается самой Германии, то поначалу Гейне сомневался в том, что "в этой

стране филистеров", стране "чистой теории" может возникнуть серьезное

политическое движение. Поэтому он сомневался и в ценности тех политических

стихов, в которых с воодушевлением воспевалась наступающая "весна народов"

и победившая свобода. Особенно фальшиво звучали для его ушей

националистические, то есть антифранцузские ноты в воспевании "свободного

немецкого Рейна" и немецкого единства под эгидой Пруссии. Риторическое,

высокопарное выражение либеральных идей - со всеми, свойственными им

иллюзиями, со всей их оригинальностью - претило ему как с политической, так

и с художественной точки зрения. Поэтому он выступал в стихах и в прозе с

серьезной критикой, а чаще с ироническими или откровенно насмешливыми

замечаниями в адрес современной "тенденциозной поэзии". Так, он спрашивал

юного Георга Гервега, одного из самых популярных в те годы певцов свободы:

действительно ли миновала зима и Германия предстала в весеннем уборе? Не

цветет ли эта весна лишь в воображении поэта? ("Георгу Гервегу"). Или

иронически советовал немецким поэтам не воспевать больше своих

возлюбленных, а будить трубным гласом народ, употребляя при этом только

общие слова ("Тенденция"). О стихах Гофмана фон Фаллерслебена Гейне

говорил: они годятся лишь для того, чтобы филистеру слаще казались еда и

табак в его привычном кабачке.

Но Гейне недолго находился в оппозиции к оппозиции. Когда борьба

обострилась, когда, например, Гервег и Фрейлиграт вынуждены были покинуть

Германию (1843 и 1844 гг.); когда восстание силезских ткачей (1844 г.)

возвестило начало открытых боев между буржуазией и пролетариатом, - тогда

для Гейне его противоречия с либералами, с мелкобуржуазными демократами

отошли на задний план и он направил острие своей критики против

господствующих немецких подрядчиков. Политические стихи, которые он вновь

начал писать, свидетельствовали о превосходстве его позиции и его

поэтического таланта. Когда он выступал против прусского короля, то вовсе

не для того, чтобы, подобно Гервегу и другим, поучать его или убеждать в

преимуществах свободы, а для того, чтобы отучить немецкий народ раз и

навсегда от почтения к королям "божьей милостью". Гейне так высмеял короля,

что умеренные либеральные круги поторопились отмежеваться от него. Не

больше, чем прусскому королю Фридриху-Вильгельму IV, посчастливилось

баварскому королю, - Гейне написал "Хвалебные песни королю Людвигу" для

"Немецко-французского ежегодника", издававшегося Марксом и Руге; за это

поэт оказался в списке лиц, подлежащих аресту. С тех пор Гейне никогда уже

не решался ступить на прусскую землю. Он едва избежал высылки из Франции,

которой добивались у французского правительства прусские власти. В это

время Гейне создает свое замечательное произведение "Германия. Зимняя

сказка" (1844) - поэтически свободное повествование о поездке в Германию.

Он описывает "старую" Германию такой, какой он ее нашел, но при этом

говорит, часто используя фольклорные мотивы, о своих надеждах на грядущую

немецкую революцию.

Именно в том, что поэт не только сатирически рисует явления, которые

он не приемлет, но и раскрывает собственную позицию в общественной борьбе,

дает себя знать новый этап его творчества. Впервые Гейне чувствует, что он

не одинок в своих взглядах, что он не одинок в своих взглядах, что они в

согласии с определенным политическим и идейным движением.

Лишь некоторую часть написанных в это время политических стихотворений

Гейне включил в раздел "Современные стихотворения" книги "Новые

стихотворения", чтобы не дать слишком очевидных причин для запрещения

книги. Поэтому некоторые из наиболее значительных и острых стихотворений

появились в сборнике "Посмертные стихотворения", составленном более или

менее удачно издателем его сочинений.

Годы 1843-1846 - время наибольшего участия Гейне-лирика в борьбе,

предшествовавшей революции. Во время самой революции Гейне почти не

выступал с новыми произведениями, в дни революционного подъема во Франции и

в Германии болезнь окончательно сразила его. Он уже давно испытывал

недомогание, теперь же болезнь полностью вступила в свои права, и последние

восемь лет жизни (Гейне умер в 1856 году) он был прикован к постели.

Терзаемый страданиями, мучимый заботами об удобной квартире, лечении,

деньгах, он не в состоянии был следить за бурными событиями 1848-1849

годов; об этом свидетельствуют его письма. То, что немцы совершили

революцию, казалось ему более удивительным, чем самые фантастические

события "Тысячи и одной ночи", а историческое восстание парижского

пролетариата июне 1848 года, отголоски которого доходили до его дома,

оставалось ему не понятным. Лишь к концу революции Гейне смог в какой-то

мере справиться со своим положением, чтобы опять выступить с поэтическими

произведениями. Два больших лирических сборника - "Романсеро" (1851) и

"Стихотворения 1853 и 1854 годов", а также стихотворения, опубликованные

посмертно, - свидетельствовали об этом.

Предпосылкой и содержанием поздней, послереволюционной лирики Гейне

явилось поражение революции в Европе, победа ненавистного старого порядка

и, не в последнюю очередь, стремительное развитие капитализма - все это,

увиденное с точки зрения человека, для которого осуществление его идеалов,

его революционных чаяний оказалось отодвинутым в далекое будущее, но

который, тем не менее, не отказался от борьбы против эксплуатации и

угнетения.

Надежду на продолжение и победоносное завершение борьбы за свободу

Гейне, несмотря на некоторые оговорки, связывал с пролетариатом и с

коммунизмом. Об этом - и о том, какие противоречивые чувства это в нем

вызывает, поэт сказал ясно и определенно.

Мировая общественность признала за творчество Гейне почетное место,

которое по праву принадлежит ему в истории человеческой культуры.

Литература:

Большая Советская Энциклопедия. - М. : Советская энциклопедия, 1970.

Библиотека всемирной литературы. Том 72. Генрих Гейне. Стихотворения,

поэмы, проза. - М.: Художественная литература, 1971.

Рассел Б. История западной философии. - Новосибирск: НГУ, 1997.


© 2000
При полном или частичном использовании материалов
гиперссылка обязательна.