РУБРИКИ

Нужно ли было НАТО бомбить Югославию? История и последствия Косовского кризиса 1998-1999 гг.

   РЕКЛАМА

Главная

Зоология

Инвестиции

Информатика

Искусство и культура

Исторические личности

История

Кибернетика

Коммуникации и связь

Косметология

Криптология

Кулинария

Культурология

Логика

Логистика

Банковское дело

Безопасность жизнедеятельности

Бизнес-план

Биология

Бухучет управленчучет

Водоснабжение водоотведение

Военная кафедра

География экономическая география

Геодезия

Геология

Животные

Жилищное право

Законодательство и право

Здоровье

Земельное право

Иностранные языки лингвистика

ПОДПИСКА

Рассылка на E-mail

ПОИСК

Нужно ли было НАТО бомбить Югославию? История и последствия Косовского кризиса 1998-1999 гг.

Нужно ли было НАТО бомбить Югославию? История и последствия Косовского кризиса 1998-1999 гг.

Санкт-Петербургский Государственный Университет

Факультет Международных отношений

Курсовая работа по курсу

«Введение в специальность»

Студента I курса, 3 группы

Направление – Регионоведение

Специальность – Европейские исследования

Курносова Дмитрия

Тема:

Нужно ли было НАТО бомбить Югославию? История и последствия Косовского

кризиса 1998-1999 г.

Санкт-Петербург, 2001 г.

Косово и Метохия – это две исторические области на юге территории

современной территории Югославии, граничит с Албанией и Македонией. Косово

(сербск. – «поле птицы Кос»-дрозда) – это обширная равнина Косова Поля,

Метохия (сербск. – «церковное владение») – горнистая местность на албанской

границе от Печа до Призрена. (см. Приложения). Площадь этих двух

территорий (далее – Косово) составляет 11 тыс. кв. км. Албанские названия

этих территорий соответственно Косова и Плато Дукагьн. Юридически Косово

является автономным краем в составе Республики Сербия Союзной Республики

Югославии. Население Косово по данным 1987 г. составляло 1,85 млн. человек.

Численность албанского населения на 1999 г. оценивалась в 82-90%, сербского

в 7-10%. Так же в Косово по данным Статистического управления Югославии

проживает 72 тыс. мусульман (славян), 21 тыс. турок, 97 тыс. цыган. В

давний конфликт сербского и албанского населения в этих областях, который в

1998 г. принял форму вооружённого противостояния, вмешалось НАТО, придав

конфликту статус международной проблемы. Пика это вмешательство достигло во

время 78-дневной кампании бомбардировок Союзной Республики Югославия. Эти

бомбардировки породили самый серьёзный кризис мировой системы международных

отношений с момента краха биполярного мира. Косовский кризис поставил перед

международным сообществом ряд принципиальных вопросов. Каким образом

следует урегулировать сложные межнациональные конфликты? Насколько

правомерно международное военное вмешательство во внутренние конфликты?

Является ли такое вмешательство без санкции ООН агрессией? Является ли

сегодняшний мир однополярным? Обладает ли НАТО фактической монополией на

решение любых европейских вопросов? Будет ли повторён опыт Косово за

пределами Европы?

В своей работе я хотел бы проследить каким образом развивался конфликт

албанского и сербского населения в Косово, какова была обстановка в крае к

моменту начала бомбардировок СРЮ и каким образом переход Косово под

фактический контроль НАТО и ООН повлиял на неё. Так же я хотел бы

проследить какие цели реально преследовало НАТО во время своей акции. На

современном этапе актуальность данной проблемы оценивается достаточно низко

и среди широкой публики в странах непосредственно не связанных с конфликтом

широко распространено представление о конфликте как об «урегулированном».

Даже если считать такое мнение правильным, очень многие другие

межнациональные конфликты на Балканах остаются неразрешёнными, поэтому

рассмотрение истории косовского конфликта в этом контексте представляется

мне очень актуальным. Ключевым моментом, учитывая, с моей точки зрения,

высокую степень предвзятости СМИ относительно анализа конфликта, является

рассмотрение подлинных причин конфликта и подлинной истории конфликта.

Конечно, учитывая низкий уровень моей компетенции, моя работа может

рассматривать лишь как характеристика проблемы в самых общих чертах,

большой объём материала в моей работе будет представлять простую

констатацию фактов, выводы будут, наверное, не самыми глубокими, однако, я

надеюсь, что выполнив поставленные мною задачи, я смогу внести какой-то

вклад в разрешение данной проблемы.

В моей работе я хотел бы выделить две части. В первой части я хотел бы

дать общую картину конфликта в Косово до 1999 г. Во второй дать кратко

проследить отношение стран НАТО к косовской проблеме относительно

заявленной концепции «гуманитарного вмешательства».

Для первой части своего исследования я обнаружил три наиболее компетентных

работы.

Во-первых, это монография московского центра Карнеги «Косово: международные

аспекты кризиса»(М., 1999) в частях «динамика косовского кризиса и политика

России» и «конфликт в Косово как часть «албанского вопроса». Во-вторых, это

работа сербского историка Душана Батаковича «История Косово и Метохии»,

размещённую на веб-сайте www.serbska-mreza.com. В-третьих, это совместная

работа известной британской исследовательницы этого вопроса Миранды Викерс

(автора книги «Between Serb and Albanian. The history of Kosovo») и Хью

Полтона «THE KOSOVO ALBANIANS: ETHNIC CONFRONTATION WITH THE SLAV STATE»,

опубликованную на веб-сайте www.unc.edu. В качестве основы для

исторического анализа я хотел бы избрать первое исследование. Хотя в нём

авторы не ставят своей целью изложение истории Косово, там наиболее

подробно изложены её основные моменты. Также от других работ её отличает

грамотно выстроенный аппарат сносок и цитат. Работа Полтона и Викерс

представляется мне очень полезной в плане статистики. Для завершения первой

части и второй части я использовал в основном периодические издания.

События 1998-99 г.г. произошли сравнительно недавно и среди материалов,

посвящённых «актуальной теме» можно обнаружить достаточно глубокие

исследования. Отдельно я хотел бы выделить работы Ноама Чомски, бывшего

канадского посла в СРЮ Джеймса Биссета и Збигнева Бжезински, которые

наиболее ярко и аргументировано отражают точки зрения сторонников и

противников вмешательства НАТО.

I Часть. История албано-сербского противостояния в Косово

Истоки конфликта.

В книге «Косово: международные аспекты кризиса» приводятся споры албанских

и сербских историков о происхождении албанцев и их исконных землях на

раннем этапе албанской истории. Директор Исторического института Сербской

академии наук С. Терзич считает общепризнанным, что области Косово и

Метохия никогда не находились в составе какого-либо албанского государства,

а с XII в. входили в средневековое cербское государство "и с тех пор в

европейской науке известны как исторические области Сербии", что в XIV в.

"После завоеваний сербского царя Душана в Сербское царство вошла почти вся

Албания (см. приложения). Однако из этого исторического факта сербы не

делают вывод об особых правах на земли, которые составляют нынешнюю

Албанию"[1]. В Албании, напротив, полагают, что Косово "является

территорией с автохтонным иллиро-албанским населением, которое не только

постоянно проживало там, в разные исторические периоды, но и составляло

большинство жителей", что, "несмотря на нашествие на Косову в IX-XI вв.

славян и ее вхождение в болгарские и сербские государственные структуры,

албанцы все же остались в большинстве на своих землях, успешно

сопротивляясь процессу славянизации"[2].

К 1190 Косово стало административным и культурным центром Сербии династии

Неманьичей. Албанское население в этот период составляло, по некоторым

оценкам, 2% [3] И сегодня сербы называют Косово «старая Сербия». Так же

оно стало центром сербской Церкви, которая построила там большое количество

церквей и монастырей. Именно то, что в течение веков Косово являлось

центром сербской Церкви, является, на мой взгляд, ключевым в трепетном

отношении сербов к Косово. Это позволяет некоторым авторам сравнивать

сербское видение Косово с сионистской концепцией Иерусалима. Косово Поле

после известной битвы сербов против турок в 1389 г. стало символом

сербского героизма, сопротивления турецкому завоеванию и занимает особое

место в сербском эпосе, литературе, искусстве и коллективном сознании

сербов. Национальным героем сербов считается юноша Милош Обилич, по

преданию, проникший во время битвы в стан врагов и убивший султана Мурада.

Однако еще в 20-е годы ХХ в. сербские исследователи обнаружили, что в

фольклоре косовских албанцев утвердилось представление, что главным героем

битвы, убившим султана, был албанец Милош Копилич [4]. Существуют

документальные свидетельства, что в битве на Косовом Поле в 1389 г. в

коалицию балканских феодалов во главе с сербским князем Лазарем,

выступившую против турецкого нашествия, входили, кроме сербских, ополчения

двух албанских феодалов - Георгия Бальши и Димитра Йонимы.[5] В XV в.

албанцы, которые тогда ещё были христианами под руководством короля

Скандерберга вели войну против турков в Косово. Постепенно албанцы и в

меньшей степени сербы под влиянием Османской империи стали принимать ислам,

В 1689 г. австрийские войска при поддержке сербских повстанцев, прорвались

на территорию Косово и Метохии, где потерпели поражение. В 1690 г. массы

сербов во главе со своим духовным лидером – патриархом Арсением III

покинули Косово. Центр сербской церкви и сербского народа переместился в

район Белграда. [6]. Покинутые плодородные земли заселили албанцы. Именно,

с этого времени можно говорить о вражде между албанцами и сербами,

поощрявшейся турецкими властями.

Туркам удалось закрепить многочисленное мусульманское население в

стратегически важных районах Вардарской Македонии, Косово, Метохии,

Санджака и Боснии. Этот мусульманский коридор как бы делил надвое область

расселения сербов и черногорцев [7]. Спасаясь от массовых преследований со

стороны турецкого войска и албанских отрядов, часть сербов покинула родные

места, другая же приняла ислам. После Русско-Турецкой войны 1878 г. главные

косовские города Приштина и Митровица отошли к Сербии, в то время как

остальная часть Косово осталась в турецких руках.

Многие историки, считают, что албанцы стали последним народом в Европе

пережившим национальный подъем, который большинство народов испытали во

времена наполеоновских войн. В Османской империи сложилась практика

формирования административных единиц независимо от этнического состава

населения, чтобы пресечь в зародыше национальные движения. Поэтому албанцы

оказались рассредоточенными по четырем вилайетам - Скутарийскому

(Шкодринскому), Косовскому, Манастирскому (Битольскому) и Янинскому. В 1878

г. консервативные албанские землевладельцы, заинтересованные в сохранении

своих владений от сербов и представители албанской интеллигенции,

заинтересованные в объединении всех албанцев под эгидой Османской империи

основали Лигу Призрена. Это движение было поддержано султаном, желавшим

использовать идеи панисламизма в качестве контрбаланса против панславизма.

Но с ослаблением Османской империи, Лига стала стремиться к автономии в

рамках Порты, превращаясь в антихристианское движение. На Берлинском

конгрессе в июне 1898 г., стремясь ослабить влияние России на Балканах,

западные державы во главе с Бисмарком, вынудили Россию подписать договор,

по которому все земли, населённые албанцами возвращались Османской империи,

а сербские войска выводились из Косово.

С. Новакович, посланник Сербии в Константинополе, писал в 1898 г. министру

иностранных дел Турции о злодеяниях албанцев по отношению к "христианскому

населению сербской народности", преследовавших цель "истребить этот народ в

тех краях", отмечая, что "число беженцев, которые переходят границу, чтобы

спасти свои жизни, огромно, и оно растет каждый день..." [8]. Несмотря на

длительное выселение из района Косово и Метохии, сербы, как православные,

так и принявшие ислам, в конце XIX в. еще составляли там около половины

населения [9].

В начале XX в. восстания балканских народов стали вспыхивать повсеместно на

Балканах, и албанцы не были исключением. И во время всеалбанского

антитурецкого и антиславянского восстания в 1910 г., Косово стало одним из

его центров, объединивших местных албанцев, албанцев современной Северной

Албании, Черногории и Македонии. Это было во многом вызвано турецкой

конституцией, ущемлявшей избирательные права албанцев. Но во время 1-й

Балканской войны, албанцы сражались на стороне турков, которые в результате

войны потеряли почти все свои балканские владения. Сербские войска заняли

всю территорию Косово. За войсками последовали сербские крестьяне, занявшие

большую часть земель. Сербское правительство не шло ни на какие уступки по

поводу Косово и Метохии, считая их "святой землей" сербского народа, и обе

области отошли к Сербии. Некоторые исследователи утверждают, что «Великие

державы» обосновывали передачу Косово следующими факторами: «моральным

правом более цивилизованной нации», историческим правом на территорию, где

находился центр Сербской церкви и тем, что этнический баланс в пользу

сербов был нарушен искусственно. [10]

Именно длительное турецкое господство на Балканах является первоосновой

албано-сербского противостояния. Сербы стали видеть в албанском населении

Косово продолжение турецкой оккупации. Они считали, что Косово всегда было

оккупированной частью Сербии. Но когда они восстановили своё господство над

ней, для албанцев Косово стало в свою очередь оккупированной частью

Албании. Косово стало полем битвы двух национализмов.

Косово и Первая Мировая война

Перед Первой Мировой войной в Албании столкнулись конфликтующие интересы

Сербии, Австро-Венгрии и Турции. Сербия поддерживала правителя Албании

Эссад-пашу, сторонника Антанты и подписали с ним договор о союзе. Но

албанцы, в том числе и в Косово, более сочувствовали «Тройственному союзу»

и с воодушевлением восприняли объявление Австро-Венгрией войны Сербии.

Сербской армии пришлось входить в Косово для подавления восстания против

Эссад-паши. В Косово разгорелся ожесточённый вооружённый албано-сербский

конфликт, и очень многие албанцы бежали в Албанию. В 1915 г. австрийские и

болгарские войска вошли в Косово. Сербские войска потерпели тяжёлое

поражение. Сербские войска вместе с тысячами гражданских сербов совершили

катастрофическое отступление через Косово и заснеженные албанские горы. Во

время отступления погибло около 100 тысяч сербов [11]. Это известно в

сербской историографии как «Великое отступление». В работе Душана

Батаковича «История Косово и Метохии» военные потери сербов во время

отступления оцениваются в цифру от 70 до 225 тыс., а гражданские в 140 тыс.

Многие албанцы вступили в ряды австрийских войск, чтобы воевать против

сербов. А оккупационные власти в Косово всячески пытались уменьшить влияние

сербов на Косово. В частности, были открыты школы на албанском языке. В

1918 г. войска Антанты заняли Косово и передали управление в руки сербов.

Там началась резня против албанцев, на что они ответили ожесточённой

вооружённой борьбой.

Косовская проблема в королевской Югославии

В результате мирных соглашений 1919-1920 г.г. Косово вошло в состав

Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев (с 1929 г. – Югославия), однако,

официально граница Королевства СХС с Албанией не была признана до 1926 г.

Албанское население Косово составляло 64%. Несмотря на это вплоть до 1946

г. Косово не имело никакой автономии в составе Югославии. В книге «Косово:

международные аспекты кризиса» приводятся слова Э. Ходжи, "Берлинский

конгресс и Версальский мирный договор несправедливо нарушили интересы

Албании и албанского национального меньшинства в Косово... не

согласившегося с таким решением вопроса и не желающего оставаться в

границах Югославии, независимо от ее политического строя... Их [косовских

албанцев] единственный идеал - это слияние с Албанией" [12]. На территории

Косово появился нелегальный ирредентистский Косовский комитет, поставивший

своей целью подготовку условий для воссоединения с Албанией. Он получал

моральную и материальную поддержку как от фашистской Италии, так и от

Коминтерна (по линии Балканской секции). Для Италии Албания являлась

основным инструментом балканской экспансии, основной преградой для которой

являлось Королевство СХС. В 1921 г. косовские албанцы обратились в Лигу

Наций с требованием объединить Косово с Албанией, утверждая с 1918 г.

сербами было убито 12 тыс. албанцев [13] Но, несмотря на провозглашённый

лозунг о праве наций на самоопределение это требование было отклонено.

Самым популярным средством по подчинению этнически чуждой местности

является различная поселенческая деятельность и Югославия не была

исключением. В книге «Косово: международные аспекты кризиса» достаточно

подробно описывается этот аспект». В частности там говорится о том, что

были изданы «Законы о колонизации южных районов Югославии» от 24 сентября

1920 г. и 11 июня 1931 г., которые гарантировали переселенцам

предоставление до 50 га земли, бесплатный переезд к месту поселения, право

пользования общественными лесами и пастбищами, освобождение в течение трех

лет от налогов. Земельный фонд формировался за счет государственной и

церковной собственности, заброшенных частных поместий и владений албанцев,

которые экспроприировали под предлогом отсутствия у хозяев прав на владение

землей. В результате двух волн колонизации 1922-1929 и 1933-1938 гг. около

11 тыс. сербских и черногорских семей заняли более 120 тыс. га земли. Глава

аграрной комиссии Дж. Кристич, ответственный за колонизацию Косово, с

удовлетворением отмечал, что в некоторых районах на севере края этнический

состав изменился, и славянские поселения появились там, где в 1913 г. не

было ни одного серба [14]. Однако эту программу нельзя считать выполненной.

Сербский историк Батакович пишет в своей работе о том, что лишь 5% земли

предлагаемой для колонизации было пригодно для земледелия, а 99 тыс. Га

предлагавшихся для колонизации не были колонизированы. 3 (V. Djuretic,

Kosovo i Metohija u Jugoslaviji, in: Kosovo i Metohija u srpskoj istoriji,

pp. 95-106; N. Gacesa, Naseljavanje Kosova i Metohije posle Prvog svetskog

rata, in: Kosovo. Proslost i sadasnjost, pp. 95-106;M. Obradovic, Agrarna

reforma i kolonizacija na Kosovu (1918-1941), Pristina) 1981.

Естественно, между местными жителями и переселенцами возник антагонизм.

Возникло движение «комитаджиев», или по сербской терминологии «качаков» -

отрядов вооруженных крестьян. Население оказывало им всестороннюю помощь.

Но благодаря постоянно объявлявшихся королевским правительством амнистиях,

с 1918 г. по 1923 г. согласно книге Батаковича сдалось 478 «качаков», из

которых 75 были оправданы в суде. К 1923 г. это движение сошло на нет.

Различные проблемы Косово, в том числе, и экономические, вызывали

эмиграцию. Общее число вынужденных переселенцев-албанцев неизвестно.

Официальные югославские источники приводили следующие цифры: за период с

1927 по 1939 г. 19 279 человек эмигрировали в Турцию, 4 322 - в

Албанию[16]. Но в связи с большим количеством эмигрантов-сербов к 1931 г.

по сравнению с 1918 г. албанское население уменьшилось всего на 1%.[17] При

этом, однако за период с 1919 по 1929 г. сербское население, по некоторым

данным, увеличилось с 24% до 38%[Short History of Kosovo

by Michael Holzrichter and Sven Pohle//www.uni-weimar.de]

Королевское правительство не отказалось от этой политики и в конце 30-

годов. Известный историк и общественный деятель, В. Чубрилович в своём

докладе "Выселение арнаутов", прочитанном в Сербском культурном клубе в

Белграде 7 марта 1937 г.(упоминается в книге «Косово: международные аспекты

кризиса»), предлагал выселить 200 тыс. албанцев и разместить в крае

славянских (по преимуществу черногорских) колонистов. В. Чубрилович считал,

что привычные к тяжелому крестьянскому труду черногорцы легче уживутся с

албанцами, чем сербы. [18] В июне 1938 г. после сложных переговоров

Белграду удалось заключить конвенцию с турецким правительством о

переселении в Турцию 40 тыс. семей югославских (косовских) албанцев-

мусульман и турок в течение семи лет (с 1939 по 1944 гг.) [19]. Но эта

конвенция так и осталась на бумаге. В начале 1939 г. итальянский министр

иностранных дел Г. Чиано, готовясь к оккупации Албании, предложил принцу-

регенту Павлу участвовать в разделе страны. Тот отказался, заявив: "Мы

имеем столько албанцев в пределах нашего государства и столько от них

неприятностей, что у нас нет ни малейшего желания увеличивать их

число"[20]. Таким образом, в королевской Югославии политика по отношению к

албанцам носила шовинистический характер. В многом это объяснялось тем, что

в это время Албания была превращена Муссолини в свой оплот на Балканах с

перспективой дальнейшей экспансии. И Косово было привлекательным объектом

для экспансии. Там было сосредоточено 58% запасов угля, 52% свинцово-

цинковых руд, 100% висмута, 50% железо-никелевых руд Югославии, там велась

добыча редких и цветных металлов, ртути, а также неметаллических минералов

(магнезита, асбеста и др.) [21]. Для балканских государств того времени

великосербская диктатура короля Александра была типична. Однако говорить о

том, что албанцы были в тот период полностью лишены прав было бы

неправильным. Согласно конституции Королевства СХС национальные меньшинства

получили определённые права. В 1919 г. ведущие албанцы Косово и северо-

западной Македонии создали партию «Дзеймет», которая в 1921 г. получила 12

мест в парламенте Королевства СХС, а в 1923 г. 14. Но такая фракция

составляла лишь несколько процентов от общей численности парламентариев. Но

в 1925 г. и такая партия была запрещена за «тесную связь с правительством

Албании». Она продолжила свою деятельность подпольно. Но вплоть до 1941 г.

практически не встречается свидетельств вооружённого противостояния между

сербами и албанцами в Косово. Также албанцы имели право на образование на

родном языке. Это право было сведено к созданию начальных религиозных школ.

Согласно книге Батаковича в 1940/41 учебном году в них обучалось 37 685

учеников. (R. Rajovic, Autonomija Kosova. Istorijsko-pravna studija,

(Beograd 1985), pp.)

Для Югославии такая политика по отношению к косовским албанцам была

роковой ошибкой. Не интегрировав албанцев в югославское государств и не

колонизировав Косово, правители Югославии лишь усугубили косовскую

проблему. Согласно книге Батаковича, несербское население Косово на 1940 г.

составляло 65% (большинство албанцы) Таким образом, албанское население

сохранилось и будучи подвергнуто дискриминации, стало ещё более склонным к

национализму.

Косово и Вторая Мировая война

С началом второй мировой войны в процессе расчленения югославского

государства большая часть Косово и Метохии вошла в созданную Италией

«Великую Албанию» и управлялись итальянским наместником из Тираны. Однако

промышленный район Трепче взяли под свою юрисдикцию немецкие оккупанты.

Восточная часть Косово была оккупирована Болгарией. Албанскими

коллаборационистами осуществлялась идея выселения с этой территории

неалбанского населения. В июне 1942 г. М. Кроя, премьер-министр албанского

марионеточного правительства, открыто заявил, что «...необходимо приложить

усилия к тому, чтобы всех сербов-старожилов из Косово выгнать… сослать в

концентрационные лагеря в Албанию. А сербов-переселенцев надо убить»[22]. В

книге «Косово: международные аспекты кризиса» приводятся данные

американских спецслужб, по которым, с апреля 1941 г. по август 1942 г.

албанцы уничтожили около 10 тыс. сербов, а число сербских беженцев за все

годы оккупации составило 100 тыс. человек. Примерно столько же албанцев в

эти годы переселилось из Албании в Косово[23]. Сербский историк Душан

Батакович в своей работе «История Косово и Метохии» говорит, что их число

составляло 70 – 75 тыс. После высадки союзников в Италии, осенью 1943 г.

нацисты заявили о «даровании» албанцам свободы и «освобождении» от Италии.

Спекуляции на объединении албанцев способствовали тому, что на территории

Косово практически не велась народно-освободительная борьба. Более того для

подавления сербов весной 1944 г. была создана дивизия СС «Скандерберг»,

состоявшая из албанцев. По словам Э. Ходжи, это происходило, потому что

албанцы не были уверены в том, что, "сражаясь наряду с народами Югославии

против фашизма, они этим завоевывают себе право на самоопределение для

объединения с Албанией" [24]. Однако, существовали коммунистические и

националистические партизанские организации, которые, правда, под борьбу не

только с итальянцами, но и сербами. КП Албании даже выступала с инициативой

перейти под управление албанских партизан, но это предложение было

отвергнуто руководством КПЮ как могущее повредить своей репутации в глазах

сербов. Незадолго до конца войны Тито организовал наступление против

немецких войск в Косово, арестовав при этом некоторых видных албанцев.

Албанцы ответили на это антипартизанским восстанием при подавлении которого

погибло до 48 тыс. албанцев [25].

Косовская проблема в ФНРЮ-СФРЮ

В книге «Косово: международные аспеты кризиса» достаточно подробно описана

эволюция позиции новой югославской власти – коммунистов относительно

косовской проблемы. Согласно книге, в июне 1944 г. на совещании КПЮ главные

теоретики партии Э. Кардель и М. Пияде сошлись во мнении, что проблема

Косово может быть решена "путем создания федеративных связей Югославии с

Албанией" [26]. Известный политик, ученый и писатель, бывший близким

соратником Иосипа Броз Тито, Милован Джилас писал в своих воспоминаниях,

что правительства Албании и Югославии в конце войны "в принципе стояли на

точке зрения, что Албания должна объединиться с Югославией, что разрешило

бы и вопрос албанского национального меньшинства в Югославии". Это

"принесло бы не только непосредственные выгоды и Югославии, и Албании, но

одновременно покончило бы с традиционной нетерпимостью и конфликтами между

сербами и албанцами. И - что особенно важно - это дало бы возможность

присоединить значительное и компактное албанское меньшинство к Албании как

к отдельной республике в составе югославско-албанской федерации" [27].

Судьба Косово в составе Югославии интересовала И. Тито значительно меньше,

нежели большая политическая игра по вопросу «балканской федерации». Поэтому

по конституции 1946 г. Косово не получило статуса республики, что также

могло стать для недовольства сербов. Косово стало автономной областью в

составе Сербии, чей статус был близок к статусу АССР в Советском Союзе.

Также после войны руководство Югославии ничего не сделало для

восстановления прежней этнической структуры Косово. Наоборот, уже 6 марта

1945 г. было принято постановление "О временном запрещении возвращения

колонистов в места их прежнего проживания" в Македонию, Косово, Метохию,

Срем и Воеводину. В книге «Косово: международные аспекты кризиса»

утверждается, что Э. Ходжа дословно повторил следующие слова И. Тито из

его письма в ЦК ВКП(б): "Косово принадлежит Албании и должно быть

присоединено к Албании. Мы желаем этого от всей души, но в настоящий момент

не можем этого допустить, потому что реакция великосербов еще очень

сильна"[28]. Идея федерации долго оставалась для И. Тито актуальной, и он

продолжал делать все для сближения двух стран. В 1946-1947 гг. было

заключено 46 договоров, которые фактически устанавливали единую

экономическую политику Албании и Югославии. Договоры о сотрудничестве и

соглашение об отмене виз соответствовали планам И. Тито "принять все меры к

сближению населения Косово и Метохии с населением Албании" [29]. Однако

после разрыва советско-югославских отношений, Э. Ходжа, согласно книге

«Косово: международные аспекты кризиса», стал уверять руководство СССР,

написав в ЦК ВКП(б) в 1949 г. о том, что "...демократические и национальные

права албанского национального меньшинства Косово и Метохии совершенно не

соблюдаются. Никакой связи с Албанией!"[30]. В этот период именно связь с

Албанией и осуществление возможности присоединения к Албании стали для

албанцев основными критериями "уровня демократии" в крае. Предоставление

Косово автономии, открытие албанских школ в Косово и Метохии Э. Ходжа

расценил как демагогию, поскольку "их идеал - соединение с Албанией -

остался неосуществленным"[31]. После 1948 г. он считал, что настал удобный

момент для начала борьбы албанского населения в Югославии "за свое

освобождение", которая должна быть жесткой, бескомпромиссной, не

исключающей вооруженного восстания [32]. Положение албанцев в Косово, было

несмотря на автономию, непростым. Тито, совместно с сербским националистом

Ранковичем старались подавить остатки великоалбанизма в Косово. Служба

госбезопасности УДБА вплоть до конца 1960-х г.г. проводило массовые

репрессии против албанцев, зачастую невиновных . Положение ещё более

ухудшилось после разрыва с режимом Ходжи. Нахождение большого количества

албанцев стало угрожающим для СФРЮ и правительство попыталось уменьшить их

количество. В тот период правительство Турции согласилось принять часть

мусульман-турок из Югославии. Этой лазейкой пытались воспользоваться не

только албанцы, но и просто люди не принимавшие режим Тито. В итоге из 259

535 кандидатов на выезд в 1953 г. только 181 887 человек (70,1%) в анкетах

указали турецкий в качестве родного языка[33]. Но эта возможность

способствовала тому, что процентное соотношение албанцев к сербам в период

1948-1961 г.г., характеризовалось увеличением доли сербского населения. Но

в 1940-1950-е г.г. сепаратистская деятельность не могла носить массового

характера. Ведь после краха националистов военных времён, свою деятельность

им пришлось начинать с чистого листа. Управленческий аппарат и органы

безопасности Косово вплоть до 1967 г. состоял в основном из сербов. В

местных органах госбезопасности по состоянию на начало 1960-х г.г. сербы

составляли 58% против 13% албанцев, в милиции 60% против 30%.[ Intervju,

04. 09. 1978. Cf. Kosovski cvor. Dresiti ili seci? Izvestaj nezavisne

komisije, Beograd 1990, pp. 18-19.]

В 60-е годы албанские сепаратисты активизировались: они устраивали

провокации и диверсии, оскверняли церковные и культовые памятники,

запугивали православное население. В архиве Призренской православной

епархии имеются письма священников, которые сообщали об отъезде многих

сербских семей из края. В 1968 г. в крае произошли массовые выступления

националистически настроенной албанской молодежи с лозунгами «Долой

сербских притеснителей!», которые были разогнаны полицией. В этой атмосфере

прошёл визит Тито в Косово в 1967 г. и пленум ЦК СКЮ, ознаменовавшие

поворот в политике СФРЮ по отношению к Косово. Югославское правительство

взяло курс на глубокую интеграцию албанского населения в СФРЮ и создание

лояльной албанской элиты. Политику Ранковича осудили, был остановлен

переезд в Турцию, было признано, что албанское население в Косово

притеснялось, но волнения не остановились. Почувствовав, что им идут

навстречу албанские сепаратисты стали ещё активнее. Более того,

провозглашённая политика равноправия албанцев с сербами и черногорцами

привела к исходу сербского населения. Помимо чиновников из государственно-

полицейского аппарата, уезжали и обычные сербы. Помимо притеснений со

стороны албанцев, это было вызвано обычной миграцией из деревни в город,

причём уехавшие сербы предпочитали селиться в крупных городах Сербии. В

результате, с 1961 по 1971 г. албанское население в Косово увеличилось с

67% до 74% [34]

Конституция СФРЮ 1974 г., стала апофеозом политики 1967 г. Она предоставила

Косово и Метохии статус социалистического автономного края и

беспрецедентные полномочия. Фактически Косово получило все полномочия

республики за исключением права отделиться от Сербии, хотя сербские МВД и

спецслужбы продолжали там свою, зачастую антиалбанскую деятельность, что,

однако, осуждалось союзными властями. Но и это не остановило сепаратистов.

Они считали, что получены недостаточные полномочия и Косово должно быть

седьмой республикой СФРЮ, а албанцы должны получить статус

«государствообразующей нации», некоторые шли ещё дальше и требовали

объединения с Албанией. Этим они помогали органам госбезопасности СФРЮ

повесить на всё албанское движение ярлык «шпионы Ходжи». В 1973 г. окружной

суд Приштины приговорил к тюремному заключению Х. Хайзерая, "министра

обороны" так называемой "Республики Косово", и еще 13 человек, занимавшихся

набором "новобранцев" в отряды "армии Косово", которые проходили военную

подготовку и обучение на территории северной Албании [36]. В 1971 г. были

формально нормализованы отношения СФРЮ с Албанией, что позволило усилить

влияние Албании на ситуацию в Косово. Было организовано телевещание

албанских телепрограмм на территорию края, усилились культурные и

образовательные связи. Помимо этого, существовала достаточно значительная

миграция албанцев в Косово.

Кризис югославской федерации после смерти маршала Тито в 1980 г. привёл к

ещё большему обострению косовской ситуации. В марте 1981 г. в Косово

вспыхнуло восстание. Всё началось 11 марта 1981 г. с акции группы студентов

Приштинского университета с жалобами на плохие условия жизни в общежитии и

некачественное питание в столовой. Этот митинг был разогнан полицией.

Следующее выступление произошло 26 марта, но на этот раз студенты выдвинули

среди прочих и лозунг провозглашения Косово республикой. Их поддержали

рабочие, крестьяне и, как выяснилось впоследствии, некоторые руководящие

работники СКЮ края, солдаты и полицейские. Начались массовые беспорядки, в

ходе которых пострадали в первую очередь сербские и черногорские торговцы и

ремесленники. В разгоне манифестаций участвовали подразделения Югославской

Народной Армии. Были жертвы, точное количество которых неизвестно (по

данным официальных источников, погибло 11 человек, по сведениям организации

"Международная амнистия" - 300, албанской общины - 1000 человек)[Amnesty

International , Al Index EUR 48/20/85]. Очень быстро социальный протест

перерос в политическую акцию. Уже через несколько дней демонстранты несли

транспаранты с открыто политическими требованиями: "Косово - республика",

"Мы албанцы, а не югославы", "Косово - косоварам". В книге «Косово:

международные аспекты» приводятся слова албанского деятеля Ф. Агани :

"...демонстрации были подготовлены множеством нелегальных групп.

Впоследствии, с началом митингов, появились и другие организации. Все

хотели использовать атмосферу, которая сложилась после смерти Тито"[37].

Первоначальные требования республиканского статуса в дальнейшем вытеснялись

более националистическими, сепаратистскими.

Демонстрации в крае сопровождались саботажем на отдельных предприятиях,

распространением листовок, активизацией деятельности по превращению Косово

в "этнически чистый" край. Албанские националисты использовали любые методы

вплоть до угроз физического истребления сербов и черногорцев, оскверняли

памятники культуры, православные церкви и кладбища, поджигали дома,

насильственно занимали чужую землю, ограничивали свободу передвижения.

Одной из основных целей атак были православные храмы. В марте 1981 г.

толпой албанцев был подожжён патриархат Печа. Автор статьи «Косово: история

ненависти» («Эхо Планеты», апрель 1999) приводил такие свидетельства: «один

албанец присвоил себе несколько гектаров общинного леса и стал силой брать

деньги с крестьян-сербов за проезд через лес. Дошло до того, что в городах

сербы стали ходить по одной стороне улицы, албанцы - по другой». Следствием

этого стал массовый отъезд сербских семей из края. В 1981 г. в 635

населенных пунктах из 1451 не осталось ни одного серба. Чисто сербскими

оставались только 216 сел [38]. На протяжении 10 лет на этой территории

царил албанский террор, остановить который было трудно. Принятая в 1987 г.

программа по предотвращению переселения сербов и черногорцев не помогла.

Осенью 1988 г. уже 7 из 23 общин края были "этнически чистыми", а к 1991 г.

сербов в Косово насчитывалось менее 10%. Постоянный процесс выселения из

автономного края сербов и черногорцев стал важнейшим индикатором кризиса.

Руководство Югославии понимало, что предоставление краю статуса республики

"в наибольшей степени угрожает стабильности и территориальной целостности

Югославии" [39], поэтому пыталось разрешить конфликт другими способами,

главным образом репрессии. Белград назвал волнения "контрреволюцией". Было

сменено все руководство автономного края. Сотни людей исключили из

компартии, уволили с работы, изгнали из вузов. Из школ исключали даже

подростков, участвовавших в демонстрациях. На полные обороты работали суды.

Каждый день сообщали о раскрытии нелегальных групп, имевших "общую цель –

подрыв единства Югославии и присоединение Косово к Албании". Среди групп,

иногда состоявших из 4(!) "контрреволюционеров": "коммунистическая

марксистско-ленинская партия албанцев в Косово", "красный народный фронт",

"марксисты-ленинцы Косово". По официальным данным, были осуждены 7 тыс.

албанцев, из них 1 750 получили длительные сроки (до 15 лет)

В книге «Косово: международные аспекты кризиса», приводятся различные

версии причин косовских волнений 1980-х г.г. По мнению албанских

исследователей, они были вызваны дискриминацией албанцев в социально-

экономической и национальной сферах, в результате чего они ощущали себя

«гражданами второго сорта». В то же время даже они признавали, что после

1966 г. ситуация для косовских албанцев была благоприятной. По словам

академика Реджепа Чосьи, с 1968 по 1980 г. албанцы "дышали более или менее

свободно" [40]. Хорватский политический деятель С. Шувар в своей книге "Все

наши национализмы" предлагал искать корни проблемы Косово в рецидивах

"великосербской политики", хотя он в основном приводил примеры из 1950-60-х

г.г. [41] Большинство сербских историков и политологов видят причины

албанских выступлений "в сепаратистской идеологии албанцев в Сербии".

Согласно книге Батаковича, в 1970-е г.г. албанцы стали использовать

государственные институты Косово для своих целей. По его утверждениям, в

Косово присутствовал ценз, ограничивавший права сербов: «Из 5 студентов,

лишь 1 мог быть сербом, независимо от способностей». Однако некоторые

сербские авторы усматривают и более глубокие причины кризиса в крае. Так,

Н. Пашич видел главными проблемами «исковерканные национальные отношения»

последствия быстрой урбанизации, поломавшей старую систему ценностей. Все

эти точки зрения имеют под собой реальные факты. Экономическая обстановка в

Косово была действительно сложной, особенно для местного населения. Если в

1947 г. уровень развития трех слаборазвитых республик страны - Боснии и

Герцеговины, Македонии и Черногории - был всего на несколько процентов

выше, чем в Косово, то в 1980 г. - уже в 2,5 раза. Масштабные программы по

ускорения развития Косово, проводившееся с 1956 г. - Сербией, с 1957 г. -

Югославской федерацией, а с 1965 г. - федеральным Фондом по кредитованию

ускоренного развития слаборазвитых республик и автономных краев, которые в

1980-х г.г. составляли до 1,5 млрд. $ [42] также практически не принесли

результатов. Согласно книге Душана Батаковича The Kosovo Chronicles,

инвестиции в Косово составляли до 70% инвестиций этого фонда. С 1965 по

1985 г. темпы экономического роста в крае были самыми высокими в стране и

составляли 6,7%; если в Югославии в целом совокупный общественный продукт

за тридцать лет увеличился в 5,5 раза, то в Косово - в 5,2 раза.

Промышленное производство увеличилось в СФРЮ на 6%, а в Косово - на 7%.

(«Косово: международные аспекты кризиса») Но в пересчете на душу населения

экономические показатели Косово значительно уступали другим регионам.

Уровень рождаемости в Косово считался самым высоким в Европе и средняя

численность семьи согласно The Kosovo Chronicles составляла 6,9 чел. В 1979

г. уровень общественного продукта на душу населения в среднем по СФРЮ

составлял 2,635$, а в Косово только 795$. Это было вызвано тем, что все

эффекты от инвестиций нивелировались высоким уровнем прироста населения.

Причём доминирование сельского населения, высокий уровень неграмотности (в

1979 г. 31,5% лиц старше 10 лет) и определённые особенности косовской

системы образования не давали албанцам особых возможностей получить

неплохую работу [43]. «Кто в Белграде были дворниками, уборщиками

общественных туалетов, мойщиками витрин, продавцами жареных каштанов,

чистильщиками обуви? Конечно, албанцы».[44] Если в 1971 г. официальный

уровень безработицы в крае составлял 19%, то в 1981 г. уже 27,5%, а в 1989

г. 57%.[45]

Местная система образования играла одну из важнейших ролей в албанском

движении Косово. Очень многие школы и вузы Косово были по сути дела не

югославскими, а албанскими. В Косово насчитывалось 904 начальных и 69

средних албанских школ[Косово: международные аспекты кризиса. с.9]. Занятия

велись по албанским учебникам, государственные программы

игнорировались.[46] Главным же центром проалбанского образования в Косово

был открытый в 1970 г. Приштинский университет, где на албанском и сербском

языках обучались 37 тыс. студентов, 80% которых были албанцами [47].

Согласно The Kosovo Chronicles там насчитывалось свыше 200 албанских

профессоров. В итоге в крае было на 14% больше студентов на 1000 человек,

чем в среднем по стране. Естественно, что в экономически отсталом Косово

большинство из 8-10 тыс. выпускников оставалось без работы. Более того, из

этого числа лишь только 20% имели техническую подготовку, а остальные были

филологами, историками, лингвистами.[48]. Такая образовательная политика

была на руку прежде всего сепаратистам. Неудивительно, что именно

Приштинский университет стал центром волнений 1981 г., а большинство

лидеров косовских сепаратистов 1990-х г.г., как например, Ибрагим Ругова,

были его выпускниками.

Согласно книге «Косово: международные аспекты кризиса», в 80-е годы

руководство Сербии периоды введения военного положения сменялись периодами

разработки новых программ решения проблемы Косово, которые включали в себя

экономические (преодоление замкнутости края, изменение его экономической

структуры, укрепление материальной основы самоуправления) и политические

(попытки формирования краевого единства на классовой, а не на национальной

основе) меры. Так, в соответствии с общеюгославской программой по

косовскому вопросу, принятой в декабре 1987 г. ЦК СКЮ, было решено

продолжить работу по созданию условий для опережающих темпов экономического

развития края, интегрирования экономики Косово в экономику СФРЮ,

обеспечения края квалифицированными специалистами для работы в органах

управления и правосудия, установления планового контроля над использованием

средств федерального Фонда по кредитованию ускоренного развития

слаборазвитых республик и автономных краев и принятия соответствующих мер

по развитию культуры и образования. Ничего нового в этой программе не

заключалось и эффекта в условиях тяжелого кризиса СФРЮ она иметь не могла.

С моей точки зрения, Косово стало одной из самых крупных неудач

национальной политики СФРЮ. Будучи крайне непоследовательной, эта политика

вызывала неудовлетворение как сербов, так и албанцев. Ключевой ошибкой в

этой системе было, с моей точки зрения, вопиющее несоответствие

Страницы: 1, 2


© 2000
При полном или частичном использовании материалов
гиперссылка обязательна.